Роженский монастырь

В б км к востоку от Мелника, близ села Рожен, распо­ложен Роженский монастырь. Горная дорога, ведущая к нему, очень живописна, и иногда даже кажется опасной —до того круто и извилисто она ведет вверх. На пути из Мелника в Рожен туристов встретит своеобразный ланд­шафт: причудливые, отвесные скалы-монолиты из вывет­рившегося песчаника («Мелникские пирамиды») — «Дева», «Монах» и другие. Некоторые из них достигают 100-метровой высоты. Скалы, кажется, того и гляди рухнут прямо на дорогу. Но это только кажется — они так стоят с незапамятных времен. Роженский монастырь стоит на горе, в окружении причудливых глыб песчаника.Построенный мелникским правителем Словом на рубе­же XII—XIII вв., он сохранился в том виде, каким был в XVI столетии. Монастырь небольшой, по существу, забро­шенный, тихий, уединенный. В плане он представляет со­бой неправильной формы замкнутый многоугольник. Нижние части наружных стен совсем глухие, из-за чего он на­поминает крепость. Во двор монастыря выходят корпуса в виде трехъярусных открытых галерей, сделанных из дерева. Часть монастырского двора занимают виноградники.Роженский монастырь был единственным из восстанов­ленных в первые века османского ига монастырей, которо­му в дальнейшем посчастливилось уцелеть.Монастырская церковь Богородицы довольно большая, с притвором и тремя апсидами. Она построена не позднее XVI в. В церкви Св. Богородицы сохранились фрески XVII — XVIII вв., а также замечательный иконостас, созданный неизвестными мастерами, ценная в художественном отно­шении церковная утварь, а также старые иконы. Одна из настенных надписей гласит, что лики Христа Пантократора и двенадцати апостолов над входом написаны в 1597 г .Фрески наружной южной стены («Страшный суд», «Ле­стница праведников»), датированные 1661 г ., а также сце­ны из жития Иоанна Крестителя в монастырской усыпаль­нице — замечательные образцы живописи XVII в. Внут­ренние стены преддверия и часовни главной церкви распи­саны в 1732 г . Здесь представлено более 150 библейских и евангельских сюжетов. Многие монахи и отшельники, изоб­раженные на фресках, вероятно, были реальными истори­ческими лицами, современниками автора росписей, фами­лия которого осталась неизвестной.